Менің атам қазақ! Mon grand père est kazakh!

Такое заявление было сделано на днях единственным сыном Музы Кристиана Диора Аллы Ильчун.

Зовут сына Марк де Дюльмен, ему 62 года.

Долгожданная встреча состоялась в парижском ресторане Café de la Régence неподалеку от королевских покоев — Лувра. Надпись Le Royal светилась за витриной̆, подстать нашей встрече, которую по значимости действительно можно назвать королевской.

Мы шли к этой встрече и ждали ее 107 дней!

Дело в том, что сына Аллы мы нашли еще несколько месяцев назад, но он уклонился от ответа на прямой̆ вопрос Алуы, отделываясь смайликом.

Через несколько дней очередной запрос с дипломатическим оттенком ему направила Карлыгаш. Она кратко представила нашу ассоциацию AKF и поинтересовалась польскими корнями его фамилии, предложив дружбу на страницах Facebook. Запрос на дружбу на этот раз он принял, но с ответом, имеет ли он отношение к Музе Диора, Марк не спешил.

Возникла долгая пауза. Ни ответа, ни отказа, что уже вселяло некоторую надежду. Для него это была пауза долгих раздумий̆.

Для нас тоже: почему же он не подтверждает или не опровергнет?

В чем загадка?

Тем временем мы не теряли времени и продолжили свои поиски. Благодаря невероятной активности и знаниям Милены, Карлыгаш, Гульнары, Максима и Диляры мы находили новые детали сложного пазла.

Забегая вперёд скажу, что все эти детали, найденные в период waiting Time, оказались весьма ценными для нашей встречи.

Потому что, к встрече мы пришли не с элементарными вопросами, а с обширным знанием не известных до сих пор публике деталей жизни Аллы.

Нам мало было знать имена и судьбы уже ближайшего окружения Аллы, нас интересовали подробности ее любимой …собаки. И мы этими подробностями тоже уже располагали. Мы знали какого она была пола и как ее звали.

Эти поиски шли уже не в бондовском формате 007, а в более широком: 777.

Мы их доставали из архивов Америки, Японии, Бразилии и Австралии.

К нашей встрече с Марком мы пришли с богатым портфолио, но белым пятном оставался сложный период жизни в Харбине. И главным вопросом оставался вопрос: кто же отец Аллы? Единственный сын Аллы Марк оставался единственным источником реальной информации на наши вопросы.

И вот, 16 сентября, через 107 дней после первого нашего обращения, мы получили ответ:

«Да, я тот, кого вы ищете. Алла Ильчун — моя мама!»

Сенсационность такого заявления была очевидна как по форме, так и по времени его появления.

Буквально накануне, 15 сентября, команда AKF после долгих поисков обнаружила засекреченное место захоронения его матери — Аллы. В тот же день состоялось возложение цветов на святую для нас могилу. Здесь покоился дух близкого нам человека, Аллы, покорившей престижные подиумы домов высокой̆ моды Парижа — дочери нашего соотечественника из казахских степей̆.

Аруах — дух матери оказался невероятно сильным: ведь уже утром следующего дня мы получили от ее сына долгожданный̆ ответ.

Тогда мы воздержались от публикации поста относительно нашего визита на могилу его матери, опасаясь негативной реакции со стороны единственного сына Аллы. Мы не знали, как он воспримет столь неожиданное для него событие.

И, как показала наша с ним беседа, это было правильное решение.

Когда, после долгой беседы, я, наконец, сказал:

«Марк, мы знаем, где похоронена ваша мама, и мы 15 сентября возложили цветы на ее могилу от имени ВСЕХ КАЗАХСТАНЦЕВ. А ваше признание пришло буквально через несколько часов», Марк будто оцепенел и изменился в лице.

Через несколько секунд он пришёл в себя и выдавил: «Да, я вижу, что вы выяснили даже те вещи, которые, я думал, были известны лишь мне одному! Я восхищен вашей проницательностью!»

Мы успокоили его тем, что следовали зову крови и стремились разыскать место захоронения Аллы, чтобы выразить ей наше почтение. Почтение целого народа своей̆ дочери, которая с высокого пьедестала Парижской моды прославила на весь мир силу казахстанских генов.

До этого момента мы избегали прямого и столь важного для нас вопроса о происхождении отца Аллы.

На той же встрече Марк сделал сенсационное откровение:

«Я вам очень признателен, и вы, как самые близкие по крови моему дедушке люди, заслуживаете знать: ОН БЫЛ КАЗАХОМ».

Затем он поведал нам о невероятно сложной̆ судьбе семьи, которая вынуждена была срочно покинуть Харбин, где зверствовали спецслужбы Советов и Китая, а затем и Японии. К сожалению, дедушке Марка спастись не удалось — по некоторым предположениям, он попал в ГУЛАГ. Алла же и ее мать отправились в Париж, чтобы начать жизнь заново.

Она начиналась для Аллы с мытья посуды в ресторане и затем участия в движении сопротивления вместе с княгиней Волконской и старшей дочерей композитора Скрябина, которая была расстреляна фашистами. Ее жизнь тоже была на волоске.

В 1947 году Алла случайно оказалась на кастинге малоизвестного тогда модного дома Диор. Алла проработала там 10 лет, до самой смерти Кристиана Диора, вдохновляя модельера на смелые дизайнерские решения и принося его модному дому всемирную известность.

Не будем вводить вас в детали интересного разговора. Их мы оставляем будущему фильму о ней, над сценарием которого предстоит кропотливая интересная работа.

Это предстоит сделать нам, казахстанцам, чтобы знать историю и судьбу наших соотечественников и передать будущему поколению НАСЛЕДИЕ.

Без великих людей невозможно говорить о величии народа. 

Это нужно нам для величия нашего народа. 

Без этого невозможен реальный Рухани жангырту. 

Берлин ИРИШЕВ,  

Париж, 07 октября 2018 года

 

Добавить комментарий